В каждой роли Ингрид Бергман была светом - а в жизни оставалась женщиной, которая строит свой дом по шведским правилам: немного уюта, немного самоиронии и щедрая порция булочек с корицей.

Детство в Стокгольме: булочки вместо роскоши

В автобиографии «Ingrid Bergman: My Story» актриса пишет:
“Мама учила меня всему на кухне. Я умела готовить булочки с корицей — kanelbullar, рисовую кашу и ту самую кислую сельдь, которой славился Стокгольм. В праздники всё вокруг пахло корицей и кардамоном. Мне казалось, что счастье начинается именно с этого запаха…”

Детство Ингрид было теплым, хоть и не роскошным. Она искренне ценила те семейные вечера, когда мама позволяла ей вмешивать руками тесто, рассказывать сказки под тихое потрескивание печки, и вместе они раскладывали будущие булочки на противне. Этот самый "вкус дома", как позже вспоминала сама Бергман, она старалась повторить для своих детей, где бы ни жила — во Франции, в Италии, в Америке.

Быть собой - несмотря ни на что

Будучи звездой абсолютно мировой величины, Ингрид оставалась по-шведски сдержанной, но в деталях её жизни таился удивительный уют: коллекция любимых рецептов, короткие письма дочерям с описанием меню на праздники, попытки привить европейскую гастрономию своим родным в Италии и США.

Из рассказа Ингрид:

“Порой, когда мне становилось особенно грустно вдали от Стокгольма, я пекла булочки с корицей по маминому рецепту. Запах корицы и кардамона собирал моих детей на кухне — и тосковать больше не хотелось…”

Рецепт булочек с корицей от Ингрид Бергман

Kanelbullar — традиционные шведские булочки с корицей и кардамоном

Этот рецепт восходит к семейным традициям Ингрид Бергман и был опубликован с её слов в скандинавских кулинарных изданиях и интервью.

Ингредиенты:

Молоко — 250 мл

Сливочное масло — 75 г

Дрожжи свежие — 25 г (или сухие — 8 г)

Сахар — 75 г

Соль — щепотка

Кардамон молотый — 1 ч. л.

Яйцо — 1 шт.

Мука пшеничная — 450–500 г

Для начинки:

Сахар — 50 г

Корица молотая — 2 ч. л.

Сливочное масло мягкое — 50 г

Для смазки и оформления:

Яйцо — 1 шт.

Крупный сахар или миндальные лепестки — для посыпки

Приготовление:

1. Тесто:
   В небольшой кастрюле подогрейте молоко до тёплого состояния (не горячее!). Добавьте масло — пускай растает. В миске растворите дрожжи в молоке с маслом, всыпьте сахар, соль и кардамон. Разбейте яйцо, хорошенько перемешайте венчиком.

2. Постепенно добавляйте муку, замешивая мягкое гладкое тесто. Переложите тесто в миску, накройте полотенцем и оставьте в тёплом месте на 1–1,5 часа до увеличения объёма вдвое.

3. Обомните тесто, раскатайте его в прямоугольник толщиной 0,5–0,7 см.

4. Смажьте всю поверхность мягким маслом, равномерно посыпьте смесью сахара и корицы.

5. Сверните пласт в рулет с длинной стороны. Острым ножом нарежьте на кусочки шириной 2–2,5 см.

6. Разложите булочки срезом вверх на противне, выстланном бумагой. Осторожно приплюсните каждую ладонью, накройте полотенцем и дайте расстояяться 30 минут.

7. Взбейте яйцо, смажьте булочки сверху, посыпьте сахаром или миндалём.

8. Выпекайте в разогретой до 190°С духовке 15–20 минут до золотистого цвета.

Совет от Ингрид:

“Это тесто любит тёплые руки, а процесс — быть медленным и неспешным. Не торопитесь: главное в доме — постоять над булочками, поговорить с детьми, дождаться золотой корочки и только тогда приглашать всех к столу.”

Взрослая жизнь, искусство и вкус счастья

На съёмочных площадках Ингрид Бергман приносила домашние булочки коллегам, удивляя простой заботой даже хмурого Альфреда Хичкока. В каждом новом доме - будь то Рим, Париж или солнечный Голливуд - её утренний кофе перемешивался с пряным, немного волшебным ароматом выпечки из детства.

“Для меня счастье — когда в доме пахнет чем-то настоящим: корицей, свежим хлебом, маминым вареньем. Всё остальное вторично…”

Эти простые ритуалы помогали Ингрид чувствовать внутренний стержень, не терять себя в мире, где слишком много суеты. Она не раз признавалась детям, что лучший комплимент - это пустая тарелка после завтрака.

Хоть на дворе и лето, когда я пишу эту статью, а за окном вместо корицы в воздухе витает запах свежескошенной травы, я всё равно не удержалась и решила поделиться интересным семейным эпизодом, который нашла.

Каждое Рождество Ингрид Бергман превращала любой дом - в Париже, Риме или Нью-Йорке — в маленький уголок Швеции. Она пекла вечером булочки с корицей, ставила ёлку, а своих детей и, позже, внучку Изабеллу сажала рядом и рассказывала истории на шведском.

“Мама всегда превращала Рождество в кусочек Швеции, где бы мы ни были. Она пекла традиционные булочки и рассказывала детские сказки. После таких вечеров всё казалось правильным, как в детстве”, — вспоминала Изабелла Росселлини (The New York Times).

И пусть сейчас лето, пусть впереди ещё много тёплых дней - однажды наверняка захочется снова вернуть этот уют: испечь что-то особенное и рассказать близким свою семейную историю. Ведь от запаха корицы и родных слов на душе может стать тепло в любое время года.

Ещё немного удивительных историй из жизни Ингрид Бергман

Пусть сегодня ваши булочки пахнут корицей и уютом, а для вдохновения — ещё несколько интересных моментов из жизни самой Ингрид:

Первая роль — семейная:
Ингрид Бергман называла своим первым режиссёром… отца, Юстаса Самюэля. В детстве у неё дома часто устраивали настоящие «киносъёмки»: отец снимал малышку Ингрид на плёнку, устраивал фотосессии и даже купил две профессиональные кинокамеры, когда ей исполнилось два года. Чувство камеры и любви к искусству в ней зародилось буквально с пелёнок!

Ингрид Бергман с отцом

Эмоциональный девиз Ингрид:
На съёмках дебютных фильмов вокруг Ингрид даже появилось шутливое прозвище — "Могла-быть-и-лучше". Она считала, что всегда есть куда расти, и после каждого отснятого дубля честно признавалась: «Плохо. Могла бы сыграть и лучше». Этот внутренний перфекционизм сделал её звездой мирового кино.

Настоящая скандинавская независимость:
Когда знаменитый американский продюсер Дэвид Селзник предложил Ингрид изменить имя, выщипать брови и исправить зубы ради роли, она отстояла себя, написав ему вечером жёсткое письмо: она не готова жертвовать своей индивидуальностью. Ингрид осталась самой собой — и этим завоевала Америку!

Забота о семье в любой точке мира:
Дочку Ингрид и Петра Линдстрома звали Пиа — инициалы в её имени складывались из фразы Peter Ingrid Always («Петер Ингрид навсегда»). В этом вся Ингрид — для неё важнее всего были семья, уют и настоящие ценности.

Ларс Шмидт и Ингрид Бергман

Счастье после бурь: тихая гавань Ингрид Бергман

После жизненных перипетий и стремительных романов судьба подарила Ингрид Бергман настоящую гармонию с третьим супругом - Ларсом Шмидтом. Он был её соотечественником и продюсером, человеком спокойным и уравновешенным, с которым Ингрид чувствовала себя по-настоящему защищённой. Их союз был наполнен не громкими словами, а тихой, надёжной заботой и пониманием.

Ингрид Бергман и Ларс Шмидт

Ларс стал поддержкой для всей семьи, а для Ингрид открыл редкую роскошь- умение просто жить в покое, отдыхать, учить роли и быть самой собой. Он подарил ей остров у берегов Швеции, где можно было раствориться в тишине, вдали от суеты и вспышек фотокамер. После бурных событий молодости Ингрид обрела ту самую светлую гармонию, о которой мечтала: в окружении природы, в кругу близких, в уюте и внутреннем спокойствии.

Годы, проведённые с Ларсом, стали для неё временем настоящей радости и тёплого семейного счастья — мудрого, зрелого и бесконечно ценного.

источник