Давным-давно в Индийском океане у юго-восточного побережья Африки, существовал волшебный остров под названием Мадагаскар. Этот роскошный, восхитительно красивый тропический остров просто "рай на земле". Но был в этом Эдемском саду и свой змей, имя ему Ранавалуна. В период своего 33-летнего господства, она показала себя не менее безжалостной и жестокой, как и любой мужчина-тиран, который когда-либо правил государством. Она установила политику террора во имя сохранения традиций и независимости на острове, которая привела к смерти более чем трети подданных…

Вот как это было …

Ранавалуна I после смерти своего мужа Радамы I, известного, как реформатора, жестоко расправилась с претендентами на королевский престол. Во время её правления значительно сократилось европейское влияние на Мадагаскар. Из страны изгонялись европейские миссионеры, преследовались христиане. Политика Ранавалуны I приводила к изоляции местного общества от внешнего мира, к консервированию старых архаичных структур, разрыву политических и экономических связей с европейскими державами.

И это все после того, как в середине 50-х гг. XIX в. Радама I открыл Мадагаскар для иностранцев, чтобы использовать европейские политические структуры для модернизации государства. При нем христианство быстро распространялось по всему острову. Сначала его приняли члены королевской семьи, знать, затем и население. С 1818 г. на острове начало действовать Лондонское миссионерское общество (ЛМО), которое соединяло проповедь христианства с распространением грамотности, европейских культурных и технических навыков. В течение нескольких лет на большей части Имерины была создана система начального образования, малагасийская письменность была переведена с арабской графики, мало отвечавшей фонетическому строю языка, на латинскую, открылись первые типографии, в которых помимо религиозной литературы печатались азбуки, учебники, словари, сборники сказок и пословиц.

После смерти в 1828 г. супруга Ранавалуна I взяла курс на постепенное свертывание отношений с Европой.

В правление Ранавалуны I интенсивно использовалась разновидность «барщины» (принудительный труд в качестве налогового платежа) «fanompoana», когда каждый человек (кроме рабов) должен был безвозмездно работать на государя. Благодаря «fanompoana» — общественным работам были завершены некоторые крупные строительные проекты, увеличена, созданная Радамой I, регулярная армия численность которой теперь составила 20000 и 30000 человек.

Сочетание ряда факторов (военные компании, болезни, использование принудительного труда и жестоких методов отправления правосудия) привело к высокой смертности среди солдат и гражданского на селения во период правления Ранавалуны I.

Несмотря на то, что деятельность Ранавалуны I в значительной степени препятствовала европеизации Мадагаскара, французские и британские политические интересы здесь остались неизменными. Противостояние между традиционной и про-европейской группировками при дворе продолжалось до самого конца правления Ранавалуны I. Оплотом европейских интересов на Мадагаскаре стал сын Ранавалуны I — будущий король Радама II (принц Ракуту). Молодой принц был не согласен с политикой матери.

Ему с детства внушили, что он продолжатель своего отца Радамы I, который открыл для малагасийцев Европу. Принц Ракуту ненавидел все, что делала его мать и ее окружение, так как он считал, что это — основной тормоз на пути процветания Мадагаскара. Кроме того, за всю свою сознательную жизнь до восхождения на трон он встречался и видел только, если не лучшие образцы европейцев, преимущественно французов, то, по крайней мере, незаурядных людей, которые искренне, не забывая и свою выгоду, чего будущий король мог и не замечать, работали на благо Малагасийского Государства.

В обход матери, поддавшись на уговоры французского дипломата Жозефа-Франсуа Ламберома, принц Ракуту 28 июня 1855 года подписывает так называемый «Договор Ламбера». По сути произошла попытка государственного переворота, спровоцированная Жозеф-Франсуа Ламбером, который хотел возвести на королевский трон Ракуту, открытого европеизации. Все участника заговора понесли тяжелые наказания. Сам принц Ракуту был посажен под стражу во дворце и занял трон только после естественной смерти Ранавалуны I.

Легитимность Договора Ламбера было поставлено под сомнение малагасийским правительством, так как принц Ракуту не имел полномочий на его подписание. В следующие годы Франция использовала это соглашение в своих целях, чтобы взять Мадагаскар под свой протекторат, что вызвало две франко-малагасийские войны.

Европейские современники Ранавалуны I в целом осуждают ее политику и называют королеву тираном, в лучшем случае, и «безумной королевой, в худшем. Такие негативные характеристики сохранялась в иностранной научной литературе до середины 1970-х годов XX века. Последние академические исследования пересмотрели деятельность Ранавалуны I. Теперь, по мнению историков, она — королева, пытающаяся расширить империю, защитить малагасийский суверенитет от посягательств европейского культурного и политического влияния.

О «Кровавой Мэри Мадагаскара» с жестокими законами и деспотической репутацией многие историки говорят с уважением и восхищением. Эта женщина любила свою страну и готова была пойти на все, чтобы защитить ее и сохранить независимость.

Благодаря Ранавалоне , острову удалось сохранить свою культуру и традиции, так как он стал колонией только во второй половине XIX века.

Принцесса Рамаво родилась в 1778 году в королевской резиденции в Амбатумануине (Ambatomanoina), которая располагается 16 км восточнее от Антананариву. Когда Рамаво была еще совсем молодой девушкой, ее отец предупредил правящего тогда короля Андрианампуанимерина (1787-1810) о заговоре. В благодарность за спасение жизни король обручил Рамаво со своим сыном и приемником — принцем Радама. Кроме того, было объявлено, что любой ребенок, родившийся от этого брака станет первым в очереди престолонаследования после Радама, что автоматически повысило статус Рамаво среди прочих королевских жен (Радама I имел 12 жён).

После смерти Андрианампуанимерина в 1810 году, Радама стал преемником своего отца — королем Радама I. По обычаю, новый король устранил ряд потенциальных противников, среди которых оказались и родственники Рамаво. Возможно, это осложнило отношения супругов. Не находя удовлетворения в браке без любви, Рамаво, как и другие придворные дамы, часто посещали салон известного миссионера Дэвида Гриффитса (создателем мадагаскарской письменности на латинской основе) и его коллег. Так зародилась глубокая дружба между Рамаво и Гриффитсом, продолжавшаяся более трех десятилетий.

В браке Радама I и Рамаво и не было рождено ни одного ребенка. Так что, когда в 1828 году, Радама I умер, по некоторым данным из-за алкоголизма (перерезал себе горло во время приступа белой горячки) или болезни (сифилиса), законным наследником престола оказался его племянник Ракотоб (Rakotobe) — старший сын старшей сестры Радама I .

Ракотоб — умный и образованный молодой человек, обучавшийся в первой школе Имерины, открытой Лондонским миссионерским обществом в Антананариву при поддержке короля. После смерти короля началось противостояние двух коалиций придворных — тех, кто поддерживал Рокотоба и Рамаво. В целях безопасности будущую королеву спрятал один из ее друзей, тем временем прочие заручились поддержкой влиятельных лиц государства — судей хранителей королевских идолов, военноначальников. 11 августа 1828 года, при поддержке армии, Рамаво объявила себя преемницей короля, ссылаясь на волю самого Радама. Королева отныне повелела именовать себя Ранавалуна I (Ranavalona). По обычаям тех времен, монарх, взошедший на престол, должен был истребить всех своих политических соперников. Как когда-то это сделал ее супруг, теперь сама Ранавалуна I яростно расправилась с конкурентами. Печальная участь постигла Рокотоба, а также многих других членов семьи усопшего короля Радама. Коронация Ранавалуны I состоялась 12 июня 1829 года.

В своей тронной речи королева заявила: «Никогда не задавайтесь вопросом, как "она слабая и невежественная женщина может править такой империей? Я буду править во имя счастья моего народа и во славу моего имени! Океан станет границей моего царства и я не уступлю даже волоса от своей территории».

"Я защищаю жен, детей, а также ваше имущество, и когда я говорю: верьте мне, вы должны мне верить, потому что я – королева, которая никогда не обманет".

Это были сильные слова, но принесли ли они удачу для народа Мадагаскара — споры идут до сих пор. Сменив своего мужа, Ранавалуна стала первой женщиной, взошедшей на престол с момента основания королевства Имерина (1540 г.), несмотря на то, что в культуре племен Вазимба (Vazimba) (потомков протомалагасийцев), населявших земли до создания Имерины было много женщин-правительниц. В государстве Имерина женщины не имели права занимать престол, поэтому Ранавалуна была объявлена лицом мужского пола, и все 12 жен Радамы стали супругами Ранавалуны. Королева также получила право выбирать себе официального любовника.

Правление.

33-летнее правление Ранавалуны характеризовалось централизацией государственной власти и тенденцией на сохранение политической и культурной независимости Мадагаскара. Такая политика была обусловлена усилением европейского влияния во времена царствования Радамы I и конкуренцией французских и английских интересов в борьбе за господство на острове.

Уже в самом начале своего правления, королева приняла ряд мер, которые позволили Мадагаскару дистанцироваться от влияния европейских держав.

Через четыре месяца после смерти Радамы Ранавалуна I объявила об отказе от выполнения англо-малагасийских договоров 1817 и 1820 гг.

В 1831 г. малагасийцам — членам христианской общины в столице (около 200 адептов) было запрещено проводить обряд крещения и исполнять другие ритуалы. Вскоре гонениям подверглось и образование, неразрывно связанное в восприятии малагасийцев с христианской религией.

В 1832 г. было запрещено учиться рабам, через два года — всем, кто не состоял на государственной службе.

В 1835 г. королева издала указ о запрещении христианского вероисповедания. Следствием этого распоряжения был отъезд из страны значительной части английских священников. Королева проявила большое творчество и придумала самые изощренные способы для уничтожения любого, кто осмеливался практиковать христианство. Их пытали, бросали со скал, варили в кипятке, отравляли, обезглавливали. Она также избавилась от суда присяжных, введенного Радамой I и вернула древнюю практику "испытание судом божьим», или «испытание тангеном».

Особую опасность для королевства представляли католические миссионеры. Они успешно совмещали прозелитизм с разведывательными операциями. Они сообщали французским властям подробную информацию о стране и армии, составляли точные топографические карты и т. д. Кстати, то же самое миссионеры творили в других государствах от Марокко до Китая.

В связи с этим королева Ранавалуна I в 1835 г. высылает с острова всех миссионеров, а самими малагасийцам под страхом смертной казни запрещалось принимать христианство.

Местные жители верили в собственного бога Андриаманитру (Благоухающий господин) и множество духов, которым они приносили в жертву зебу и кур.

В 1839 г. был принят закон, запрещавший вывоз рабов с острова.

Наконец, по закону 1845 г. на европейцев было распространено действие малагасийских законов. Они были обязаны выполнять государственные повинности, в том числе «королевскую барщину». За долги их могли продать в рабство и т. д. Отныне они были подсудны малагасийскому суду и подлежали тем наказаниям, которые были приняты в стране, в том числе их вынуждали подвергаться испытаниям особым ядом, то есть «божьему суду». Этот же закон ограничивал сферу деятельности европейцев прибрежными районами. Под страхом конфискации имущества и других тяжких наказаний им было запрещено торговать во внутренних районах острова.

В ответ на это Англия и Франция запретили торговлю с Мадагаскаром. Затем объединенная англо-французская эскадра бомбардировала порт Таматаве. Однако королева осталась непреклонна.

Положив конец большинству внешнеторговых отношений, Ранавалуна I проводит политику опоры на собственные силы, что стало возможным благодаря использованию fanompoana — «королевской барщины».

Королева продолжила военные походы в целях присоединения к Имерине отдаленных регионов острова, начатые ее супругом. Она ввела суровые наказания для тех, кто противился ее воле.

Большие потери в армии времен военных походов, смертность среди гражданского населения, занятого на общественных работах «королевской барщине», возобновление жестоких методов отправления правосудия обусловило значительное сокращение населения Мадагаскара во времена правления Ранавалуны I. По некоторым оценкам, оно сократилось с 5 миллионов до 2,5 миллионов всего за 6 лет (!) Благодаря такой статистике Ранавалуна I вошла в историю не только, как борец за независимость своей страны, но как безжалостный тиран, одержимый жаждой убийства.

Однако во многом Ранавалуна I продолжала следовать политике Радама I.

Экономическое развитие острова, подготовленное смелыми реформами Радамы I, продолжалось еще более стремительными темпами, поскольку королева понимала, что только быстрый прогресс во всех отраслях может обеспечить ей независимость от Франции и Англии. Около двадцати тысяч человек участвовало в строительстве оружейного завода. В тридцатых годах малагасийцы задули свою первую доменную печь, создали предприятия по выплавке меди и производству стекла. Огромное количество металлических изделий — начиная от пушек и кончая иголками — уже производилось на острове! В Ивундру целиком из местных материалов было построено первое малагасийское парусное судно.

Королева продолжает модернизировать армию, поощряет торговлю и позволяет своему приближённому, французу Жану Лаборду, заложить в Мантасуа крупный промышленный центр. "Я нисколько не стыжусь своего образа жизни, – заявляет она. – Я охотно восприму любые знания и мудрость, которые пойдут на пользу моей стране. Но не пытайтесь касаться обычаев моих предков. Этого я никогда не допущу!".

Стали разрабатываться некоторые месторождения железной руды, фосфатов и золота. Развивалось и сельскохозяйственное производство. Началось освоение новых продовольственных культур (виноград, ваниль, множество сортов овощей).

Главным советником Ранавалуны I был премьер-министр. Первым премьер-министром во времена ее правления стал молодой офицер по имени Андриамихадза (Andriamihaja). Карьера Андриамихадза — выходца из знатного рода началась в качестве генерал-майора армии Радамы I. После смерти короля он был одним из трех высших офицеров, которые поддержали Ранавалуну в борьбе за власть.

Он занимал эту должность в период с апреля 1829 до своей смерти в сентябре 1830-го года и предположительно был отцом единственного сына королевы, принца Ракуто (впоследствии король Радама II), который появился на свет спустя одиннадцать месяцев после смерти своего официально отца короля Радама I.

Андриамихадза был лидером прогрессивной фракции при дворе Ранавалуны I. Он опирался на поддержку Лондонского миссионерского общества, благодаря чему нажил себе много врагов. Его главными соперниками были лидеры консервативной группировки — братья Райнимахаро и Райнихару, также являвшие фаворитами королевы и хранителями королевских идолов. После продолжительных уговоров братьев Ранавалуна I подписала смертный приговор Андриамихадзе. Он был обвинен в измене и колдовстве и убит в собственном доме. Похороны премьер-министра состоялись в семейном склепе в присутствии Ранавалуны I, которая так скорбела по своему возлюбленному, что мучилась в течении нескольких месяцев от ночных кошмаров, вызванных угрызениями совести.

Тем временем следующим премьер-министром стал один из лидеров консервативной группировки дворца — Райнихару. Он занимал пост в 1833-1852 годах, и по установившейся традиции, стал вторым супругом Ранавалуны I. Райнихару, как и следующий за ним премьер-министр-консерватор, пытался защитить Мадагаскар от европейского влияния.

Ранавалуна I продолжила военные походы в целях присоединения к королевству Имерина территорий других самобытных народностей, населявших Мадагаскар. Ее политика негативно сказалась на экономике и росте населения региона. Численность постоянной армии во времена правления Ранавалуны I составляла от 20 до 30 тысяч солдат. Армия совершала неоднократные походы в соседние с Имериной королевства, проводя жестокие карательные операции по отношению к местному населению, не желавшему присоединяться к Имерине. Массовые казни мирных жителей были обычным делом, тех же, кого избежала эта участь доставляли в королевство в качестве рабов (andevo) вместе с другими ценностями, захваченными в непокорных областях. Примерно один миллион рабов были привезены в Имерину в период между 1820-1853 годами.

Историк Гвен Кэмпбел приводит цифры, согласно которым количество жителей Мадагаскара, чьи территории не входили в Имерину, погибших в результате военных конфликтов периода правления Ранавалуны I и ее предшественника Радама I, оценивается приблизительно в 60 тысяч человек. Та же часть населения, которая не погибла в результате военных действий в конце-концов умирала от голода вследствие политики «выжженной земли», проводимой оккупантами. Смертность в армии мерина была также высока и составляет примерно 160 тысяч за период с 1820 по 1853 годы. Еще 20-25% солдат королевского гарнизона, дислоцированных в низменных районах умирали каждый год от болезней, например, от малярии. В среднем 4500 солдат умирали ежегодно на протяжении большей части времени правления Ранавалуны I, что способствовало серьезному сокращению численности населения Имерины.

Ранавалуна I очень любила носить французские платья.

Армия.

Во время правления Ранавалуны I были созданы цеха по производству боеприпасов, взрывчатых веществ, военного обмундирования и национальных флагов. Тем не менее дальнейшего развития и укрепления армии не произошло. Учащались случаи дезертирства, казнокрадства, дальние гарнизоны голодали, их личный состав не меняли по многу лет. Солдат в походах сопровождали жены и слуги. В середине XIX в. резко снизилась боеспособность армии. Многие, пользуясь правом постоя, беззастенчиво грабили население, особенно вне пределов Имерины.

Традиционный набор в армию происходил следующим образом. Королева вызывала в столицу знать и представителей всех свободных слоев населения из различных частей Имерины, с которыми определяла число рекрутов для каждой провинций. Подобная система практиковалась до 70-х годов XIX в. В 30-х годах военная служба была приравнена к безвозмездным отработкам, что послужило одной из основных причин дезорганизации армии.

Подводя итоги развития малагасийской армии за 50 лет, еще раз подчеркнем, что в начале XIX в. на острове была создана армия по европейскому образцу, относительно боеспособная и хорошо вооруженная. С приходом к власти Ранавалуны I началось ее разложение. Срок службы в армии не был ограничен, что значительно повысило средний возраст военнослужащих. Солдаты жили за счет грабежа. Соответственно падала дисциплина, снижалась боеспособность армии. Ранги стали передаваться чуть ли не по наследству, участились случаи самовольного присвоения того или иного вунинахитра. Непропорционально увеличивался офицерский корпус. Каждый офицер старался окружить себя как можно большим количеством адъютантов, использовавшихся, как правило, в личных целях. Подобные изменения в армии были следствием аналогичных процессов в обществе. Не меняя внешний европейский облик, она, по сути, превратилась в феодальное войско (пожизненный срок службы и институт адъютантов и т. д.). Восстановление боеспособности армии стало одной из основных задач руководителей Малагасийского государства.

Сувенирная тарелка середины XIX века.

Испытание Тангеном

Одной из главных мер, с помощью которых Ранавалуна I поддерживала порядок в своем царстве было возобновление «испытания тангеном» при судебном разбирательстве (ранее отменено Радмой I). Обвиняемого подвергали испытанию ядом танген (tangena): если он оставался жив, считался невиновным. Это разновидность ордалии «Божьего суда» — одного из видов архаичного права. По словам малагасийского историка XIX века, в глазах большей части населения испытание тангеном представлялось в качестве своего рода божественной справедливости.

Суд над провинившимися гражданами вершился с помощью двух куриц, представляющих истца и ответчика. При большом скоплении народа птицам вместе с зерном давали истолченные кусочки ядовитого ореха тангена. Виновным считался тот, чья курица издыхала первой. В зависимости от того, как долго протекали конвульсии, советники-колдуны подсказывали монарху меру наказания. Во времена правления Ранавалуны испытаниям подвергались не куры, а сами ответчики.

Жители Мадагаскара могли обвинить друг друга в различных преступлениях, в том числе в краже, исповедовании христианства, колдовстве. По всем этим деликтам было обязательно применение тангена. В среднем, по различным оценкам, от 20 до 50% из тех, кто прошел испытание умирал. В 1820-е годы испытание тангеном уносило около 1000 жизней ежегодно. Эта цифра выросла до 3000 в период с 1861 по 1838 годы. В 1838 году было подсчитано, что кровожадная форма правосудия погубила около 100 000 жителей Имерины, что составило примерно 20 процентов населения королевства. И хотя в 1863 году испытание тангеном было официально запрещено в Имерине, его тайная практика продолжалась. В других регионах Мадагаскара танген по-прежнему применяли открыто.

Защита суверенитета

Царствование Ранавалуны I было отмечено соперничеством между Англией и Францией за Мадагаскар. Оно закончилось победой Франции, захватившей Мадагаскар в последние годы XIX столетия. Решающим фактором в таком исходе событий явилось англо-французское соглашение 1890 г., зафиксировавшее раздел сфер влияния в юго-западной части Индийского океана. Франция согласилась с притязаниями Великобритании на Занзибар, а та, в свою очередь, отказалась от претензий на Мадагаскар. Аналогичная договоренность была достигнута и между Францией и Германией. Франция признала приоритет Германии над континентальным владениями занзибарского султана, а Германия — приоритет Франции на Мадагаскаре.

В июле 1829 г. французская эскадра бросила якорь у города Таматаве. Королеве был послан ультиматум, в котором обосновывались «исторические права» французов на все восточное побережье и юг острова. Французы бомбардировали Таматаве, заняли несколько населенных пунктов и построили небольшой форт. Королевская армия и вооруженные местные жители блокировали этот форт. В итоге французы были вынуждены покинуть Мадагаскар в мае 1831 г.

В 1833 г. французский военный корабль вновь появился близ острова, в заливе Диего-Суарес. На этот раз французы попытали утвердиться в стране сакалава, используя старинное соперничество их правителей с Имериной. Договоры с вождями сакалавов отдавали в руки французов острова Носи-Бе и Носи-Комба. Франция, несмотря на сопротивление имеринских бастионов, устанавливает подобие протектората на Нуси Бе и прилежащих островах.

Однако в 1861 г. королева умирает, и королем становится Ракута, принявший имя Радамы II. Теперь французы становятся хозяевами страны. Король становится пайщиком французских компаний и раздает им обширные территории. Радама II отменил все таможенные пошлины, составлявшие важнейшую статью государственных доходов.

Радама II — сын Ранавалуны I.

Смерть и наследние

83-летняя Ранавалуна I умерла 16 августа 1861 года во сне в своей королевской резиденции в Руве. Двенадцать тысяч диких быков (зебу) были убиты во время похорон. Их мясо было распределено среди населения, чтобы люди почтили память своей королевы. Официальный траур длился девять месяцев.

Иностранные современники королевы решительно осуждали ее политику и рассматривали ее как тирана или «безумную королеву». Такая характеристика Ранавалуны сохранялась в западной исторической литературе вплоть до 1970-х годов XX века. Более поздние исторические исследования представляют королеву, как проницательного политика, который эффективно защищал политический и культурный суверенитет своего народа от Европейского посягательства.  

источник